Anime Project

Объявление

Полезные ссылки: Рассказ Флуд Картинки Новости: Нашему форуму уже 3 года! Также, не проходите мимо! Мы начали писать рассказ с элементами яоя, хентая и может в ближайщем будущем и юри. Ещё вы можете оставлять заявки и мы напишем что-нибудь по вашему желанию и усмотрению. К тому же в нашем коллективе появились и мужские особи, ждём только вас >^.^<
Админы: 4 человека которые и пишут рассказ ^^
Важное: Гости регистрируйтесь! Вы сможете поучаствовать в жизни рассказов, которых увидите только после регистрации, а также просто развлечься на форуме. Зарегившихся для Рекламы или для того чтобы играть в молчанку, удаляем спустя 2 дня после регистрации...Спасибо за внимание...

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Anime Project » Готовые текста » Диалектика неделимого.


Диалектика неделимого.

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Пролог.
Часть первая.

Осень только начала вступать в свои права, и листья на деревьях медленно начинали желтеть, а воздух приобрёл зимнюю морозность и стеклянность. Природа находилась какбы взамешательстве между двумя временами года: то светило солнце, то сбегались облака, и иногда проходил дождь. Неопределённость окружающего даже человека вводила в состояние отрешённости и сонливости.
Подчиняясь этому настроению, отец Сирин был невесел и постоянно зевал. Долг занёс его в страшную глушь. Сначала ему пришлось долго добираться до богом забытого посёлка на окраине мегаполиса, а от него ещё около получаса пешком. Дороги тут были ужасные, поэтому никакой транспорт не ходил. Его послали от Ордена Великой Церкви в старинную часовню. Этой часовне было уже не одно столетие, и она представляла большой интерес как древняя реликвия. Пока она официально никому не принадлежала и Великая Церковь не могла этого пропустить. Пока осмотреться и доложить о состоянии сооружения поручили отцу Сирину. Он был молодым священником только только окончившим семинарию. В нём жили великие надежды и непреодолимое желание сделать как можно больше полезных вещей. Из-за своего энтузиазма он и попал сюда.
Дошел святой отец до часовни к обеду. Тяжёлый вздох сам собой слетел с его уст, когда он увидел только несколько стен, обвалившийся потолок и непроходимые заросли.
И ради этого я проделал такой путь?-проскользнула мысль в его голове.
Но стоило ей возникнуть, как Сирин тут же отругал себя за такие низкие помыслы и сомнения в правоте Церкви.
Пробравшись сквозь заросли терновника и небольших кустарников уже почти полностью голых, преподобный начал осматривать руины. Часовня была в плачевном состоянии. Дожди, ветер и вцелом время нещадно над ней поработали. Хорошо сохранился только алтарь, кресть с распятием и несколько статуй. Священник отметил это в своём блокноте. За крестом так же сохранились очертания большого арковидного окна. Наверняка там когда-то были прекрасные витражы, но сейчас это был лишь пустой проём.
Отец Сирин решил повнимательнее рассмотреть алтарь и крест. Они были в очень хорошем состоянии. Можно было разглядеть даже некоторые гравюры из Евангелия. Обходя алтарь вокруг, он зашёл за него и увидел небольшой проём. Деревянная труха и несколько почерневших от времени досок, говорили о том, что здесь раньше была дверь.
Странно, и кому это понадобилось под алтарём строить это?-молча недоумевал Сирин.
За проёмом была густая чернота и холод. Несмотря на то, что на улице было не тепло, а очень даже прохладно, воздух, исходящий из проёма, был заметно холоднее. Веяло сыростью и древностью. Этот необычный запах заставлял сердце священника биться сильнее. Ему было страшно, но в то же время очень любопытно. Прикоснуться к древности было так захватывающе и волнующе, что он неудержался, достал фонарик и прошёл в проход. Он попал в узкий коридор, уходящий куда-то вниз под часовню. Святой отец медленно и аккуратно ступал по каменным ступенькам. Здесь стояла звенящая тишина и мрак. Казалось, что само время остановилось и теперь он, проходя сквозь него, заставляет медленно ползти вперёд. Сердце Сирина колотилось так громко и так быстро, что он отчётливо слышал каждый его удар.
Наконец лестница закончилась. Отец не мог даже предположить сколько он спускался и насколько много было ступенек. Отрезанный от своего привычного ритма жизни этой тьмой и атмосферой недвижимости, он не мог ориентироваться ни во времени, ни в пространстве. Чтобы понять где он находится, отец начал водить фонариком во все стороны. Каменные стены, поросшие плесенью и лишайником, несколько крестов и статуй, но самое интересное было то, что посреди этого небольшого помещения стоял большой каменный саркофаг. Священник очень удивился и заинтересовался своей необычной находкой. Он подошёл поближе, чтобы рассмотреть его получше. На крышке были какие-то письмена на непонятном для него языке. Камень был влажный и ледяной, но священник продолжал завороженно водить пальцами по резным надписям.
-Что тебе здесь нужно, человек?-раздался голос, так неожиданно, что Сирин подпрыгнул на месте и уронил фонарь на пол.
Свет прерывисто и беспорядочно заморгал, тьма как-будто сотрясалась. Отец в приступе дикого страха трясущимися руками попытался поймать, катающийся по полу фонарь, но руки его не слушались и тот постоянно ускользал от него. Наконец отец справился с ним, и подняв его к груди, начал судорожно светить во все стороны.
-К-кто здесь? Покажись!-выкрикивал он в темноту.
После нескольких минут тишины, а может быть это были всего лишь несколько секунд, из-за саркофага появилась фигура. Священник тут же навёл на неё фонарь. Это была девушка, завёрнутая в какие-то лохмотья настолько старые, что они рвались на ней не выдерживая тяжесть собственного веса. Волосы у неё были длинные и вероятно чёрные, но из-за пыли они приобрели пепельный оттенок. Кожа её была мертвенно белая с синеватым оттенком, а глаза тёмные-тёмные, поглощающие сам свет.
-Человек да ещё и священник. Нечасто встретишь таких необычных гостей. Да и вообще просто гости сюда редко захаживают.
Говорила девушка очень спокойно почти без каких-либо интонаций. Голос у неё был вполне молодой и звонкий, но не смотря на это ощущение создавалось, что говорит кто-то очень старый.
-Я..меня послал Орден Великой Церкви. Мы хотим заново освятить это место и позволить людям прикоснуться к этому чуду.....а вы кто и что здесь делаете?-голос священника дрожал.
Он ужасно волновался, хоть перед ним и стояла хрупкая, невысокого роста девушка, он безумно её боялся.
-Я Амалия Свон. А тебя как звать?-беззаботно спросила девушка.
-Отец Сирин.
-Меня не интересует как тебя называют в церкви. Я спрошу ещё раз. Как твоё имя?-на этот раз в её голосе проступили угрожающие нотки, и священник перепугался ещё больше.
-Андре Сирин.-быстро выпалил священник.
Амалия снисходительно улыбнулась, покачав головой.
-Так то лучше, Андре. Терпеть не могу эти дурацкие церковные замашки. Да и священников тоже недолюбливаю.
Сказав это она изобразила очень угрожающий взгляд, но затем снова улыбнулась уголками губ. Одним лёгким движением она подпрыгнула на высону в два раза больше неё самой, и спокойно встала на саркофаг. Сирин даже рот открыл от крайнего удивления. Немой вопрос так и застыл на его губах. Она лишь тихонько хихикнула и уселась на край каменного гроба, свесив вниз ноги. Ткань всё больше и больше рвалась на ней, почти полностью обнажив её идеално гладкие и пропорциональные ноги. Отец Сирин перекрестился и поцеловал висящий на его груди крест. Амалию это явно очень забавляло. Она беззаботно болтала ногами и непертавала улыбаться.
-Я знаю, что ты хочешь у меня спросить. Кто же я такая? Так будет тебе известно, человек, я - вампир.
Воцарилась тишина. Священник застыл в нерешительности. Он жил во времена, когда даже веру объясняли рационально, а тут такое! Вампир? Он не мог в это поверить.
-Ээээх, ну почему так всегда? Зачем, зачем вам всем нужны эти дурацкие доказательства? Люди совсем разучились просто верить. А ты! Ты же священник! Твоя первая обазанность верить. Чему тебя только в твоей семинарии учили?
Говорила Амалия очень спокойно, уверенно и непринуждённо. Страх у Андре стал понемногу затихать.
-Если верить вообще всему на слово, то в таком случае можно допустить, что все люди никогда не лгут.-уже поувереннее ответил священник.
Девушка протянула многозначительное "хм" и улыбнулась.
-Ты какой-то неправильный священник, хочу я тебе сказать. Говоришь такие гадости про людей, что я даже удивляюсь, как  такой человек как ты смог стать священником? Ты даже в людей не веришь, чего уж там говорить о Боге.
Её спокойный и уверенный тон, эта несползающая ухмылка начали раздражать Андре. Да кто она вообще такая? Ведёт себя так как-будто знает всё на свете.
-Не тебе судить мою веру! Я верю в Него и верю в людей, просто никто не безгрешен и никто из людей не способен всегода говорить правду. Их инстинкт самосохранения вынуждает лгать. Никакой человек не скажет ту правду, что может навредить ему. Но Бог сам создал нас такими несовершенными, а значит он простит нам наши грехи.
До этого лицо Амалии не выражало особенных эмоций. Только лёгкую ухмылочку, но после такой речи её глаза расширились а брови взлетели вверх.
-И это я слышу от священника?! Боже, как меняется мир! Если уже и священники пали во тьму я тем более не хочу выбираться отсюда.-на последних словах эмоции её резко поменялись, и она стала мрачна и печальна.
Сирин с недоверием попробовал получше вглядеться в её лицо. Она так умело играла гриммасами и интонациями, что сложно было понять, когда она серьёзна, а когда нет.
-Во тьме? О чём ты?-прервал тишину священник.
Амалия неохотно подняла взгляд на него, и сердце Андре сжалось. Это был ужасный взгляд. Он не мог понять, что именно в нём настолько ужасно, но от него хотелось забиться в истереке в угол и никогда больше не покидать его.
-Ты не можешь понять этого, человек. Вы смотрите узко, ваше сознание не способно вмещать в себя сразу всё и вся, вмещать в себя вечность.-голос её был остр и звонок как стекло.
Сирин невольно напрягся и отступил назад.
-Ты утомил меня. Может просто сожрать тебя? Твоя смерть станет для тебя достойным доказательством того кем я являюсь?
Девушка легко спрыгнула с камня, священник сделал ешё шаг назад. Она неотрываясь смотрела на него своими чёрными глазами. Он чувствовал как тонет в этой тьме и не может сдвинуться с места. Она всё приближалась и приближалась к нему. Амалия была ниже него почти на целую голову, но не смотря на это выглядела очень угрожающе. Подойдя к нему вплотную она холодно и резко скомандовала "Наклонись" и священник наклонился. Он не хотел этого делать, но тело действовало вопреки его воле. Андре почувствовал прикосновение ледяной руки на своём затылке, и сердце его заколотилось как сумасшедшее.
-Ах, как прекрасен этот запах. Крови смешанной с адреналином. Приятного мне аппетита.-прошептала почти в лицо святому отцу Амалия, и впилась в его шею своими острыми клыками.
Резкая боль пронзила тело священника, но он не мог ни шевельнуться, ни издать какой либо звук. Перед глазами всё потемнело, но иногда эту тьму прорезали яркие вспышки- вспышки боли.
-Ой, прости. Я не хотела причинять тебе боль. Уже разучилась немного. Но ничего, потерпи. Сейчас исправлюсь.-сквозь темноту и как-будто издалека услышал Сирин.
После этих слов боль начала пропадать. Тело Андре окутала слабость и онемение. Затем всё показалось ему каким-то нереальным, а тьма стала успокаивающей и приветливой. Он срадостью отдался в её объятия, познав забвение.

0

2

Часть вторая.

Тьма. Она окутывает, она успокаивает, она заставляет забыть обо всём. Как от неё такой сможет отказаться?
Андре струдом разлепил глаза. Ему не хотелось просыпаться, но какая-то часть его сознания трубила, что пора открыть глаза, и он их открыл. Где он? Опять темно. Он сам сидит в большом и мягком кресле. Откуда оно взялось? А где он был до этого? И что делал? Одни вопросы и ни одного ответа. В воспоминаниях только тьма.
-С пробуждением.-раздался знакомы женский голос.
Эти до боли знакомые нотки заставили его всё вспомнить. Как молния воспоминания поразили его. Священник невольно потёр шею и обнаружил на ней две отметины. Они ещё были немного влажными и слегка кровоточили.
-Ты был очень вкусным. Спасибо.
Если до этого голос раздавался повсюду, то теперь он был намного ближе. Из-за спины Сирина вышла Амалия. Теперь она выглядела совсем по-другому. Она была в облегающем красном платье, а волосы были убраны в аккуратную высокую причёску. Они были в темноте, но предметы, Амалия и священник как-будто сами по себе светились.
Амалия села на кресло напротив Андре, взявшегося непойми откуда. Теперь глаза девушки были не чёрные, а насыщенно-синие. Это был красивый яркий и живой цвет. Кожа её тоже приобрела немного жизни и цвета.
-Я верю тебе.-уверенно сказал Андре.
-Хмммм..-протянула Амалия.
-Я что, умер?
-И да и нет. Это пространство где-то между так сказать миром живых и миром мёртвых. Я спокойно могу посещать это место, а люди могут попадать в него лишь, когда находятся на гране смерти. Да, я многовато взяла у тебя крови, но просто ко мне так нечасто люди заходят...вот я и не удержалась.
-Тогда почему ты сама не выходишь на поверхность, чтобы съесть кого-нибудь?
-Я не могу покинуть эту часовню. -печально сказала Амалия.
-Но почему? Ты боишься дневного света? Думаю тебе не составит труда за ночь успеть добраться до посёлка и обратно...
-Эх, и всётаки ты ужасно неправильный священник. Дело не в дневном свете. Дело совсем в другом. Это ооочень длинная история, но здесь время течёт иначе, так что насамом деле у нас вагон времени прежде, чем ты умрёшь.
Амалия сказала это совсем непринуждённо, как-будто предложила чай выпить, но для Сирина это было совсем не так. Он напрягся и заволновался. В его планы совсем не входило умирать.
-Я...умру?-переспросил святой отец.
-Надежда, надежда. Она заставляет задавать людей глупые вопросы даже, если ответ был однозначен. Да, умрёшь, но оставшееся время ты проведёшь со мной во тьме. Забавно правда? Преданный Богу священник умрёт без света, хотя ты неправильный священник, так что тьма как раз для тебя.
Андре даже ничего не ответил. Он был опустошён, как сосуд, который только недавно был полон надежд, планов, амбиций и ещё много чего. Но только что одна девушка опустошила его до дна.
-Тебе повезёт, человек, услышать то чего не слышал ещё не один такой как ты. Тебе будет дано высшее знание. Не знаю, что в тебе меня зацепило, но именно тебе я решила доверить, то что есть во мне. Слушай и наполняйся. Я повторять не буду. Только один раз, только один рассказ.
Андре смотрел пристально в её синие глаза и слушал, заполняя свою пустоту.

0

3

Глава 1

Детство, детство. Рай, который я считала адом. Впрочем за эту глупость и поплатилась.
Родилась я в арестократичной и богатой семье. У нас было всё, о чём многие могли лишь только мечтать: огромный особняк, конюшни с лучшими в стране скакунами, великолепный вишнёвый сад, самая вкусная еда, прислуга, безукоризненно преданная нашей семье. О чём ещё можно мечтать? Но я мечтала. Я мечтала покинуть это место. Оно томило и угнетало меня. Казалось бы чем? Что может быть здесь не так?
Отец мой почти постоянно работал. За завтраком он разбирал какие-то бумаги, затем уходил в свой кабинет и мог не выходить оттуда часами. Затем куда-то ехал и возвращался очень поздно. Иногда у меня складывалось впечатление, что живём мы с матерью вдвоём. Мать моя никуда не выезжала. Она сидела дома и пила. Пила она очень много. А что ещё ей оставалось делать? Ну иногда она и мне уделяла внимание, но только иногда. Можно подумать, что это и есть ад, но чем больше времени проходит, тем больше я понимаю, что это было не так.
Однажды отец перестал возвращаться домой вечерами. Тогда мать совсем замкнулась и начала пить больше обычного. Я не могла видеть её такой, поэтому почти всё время проводила в конюшнях. Мне нравилось выполнять грязную, а иногда и сложную работу, но в занятии хоть чем-то я находила успокоение. Конюхи, работающие у нас, пытались мне помогать, но я в приказном порядке им это запрещала. Конюшни были большие и сама я конечно же не справлялась. От осознания своей беспомощности мне становилось мерзко и тоскливо. Но к моему счастью одна из лошадей родила жеребёнка. Я даже присутствовала при этом событии. Появление новой жизни произвело на меня неизгладимое впечатление. В этот момент я поняла, что хочу и дальше следить за этой новой жизнью. Теперь забота о жеребёнке легла на мои плечи(точнее я сама её на себя положила). Конюхи были только рады и от души за меня порадовались. Сначала я ухаживала за ним и за его матерью, а когда он немного подрос, то я уже стала ему одному отдавать полностью свою заботу.
Жеребёнок был угольно-чёрного цвета. На солнце шерсть его безумно красиво блестела. Смотря на него, мне в голову приходили мысли о чёрном и бездонном космосе, наполненном яркими сияющими звёздами. Как думала так и сделала. Вобщем назвала я его Космос. Все мои мысли были заняты им. На уроках с моей учительнецей я тоже не могла никак сконцентрироваться. Она очень сердилась, но мне было это безразлично. Я была разбалованным ребёнком из богатой семьи, и поэтому делала исключительно то что хотела.
Матери становилось хуже. Из-за алкоголя у неё начались серьёзные проблемы со здоровьем. Она очень похудела и почти всёвремя лежала. Тогда впервые я почувствовала страх. Проходя мимо её комнаты, мне становилось как-то жутко. Из-за этого я никак не решалась к ней зайти и хотя бы поговорить. Но однажды она пришла ко мне сама. Очень худая с опухшими и заспанными глазами, она подошла ко мне, когда я сидела на занятии со своей воспитательницей, молча взяла меня за руку и повела на улицу. Её рука была такая тонкая, что мне становилось жутко, и я в страхе молча следовала за неё. Вывела мать меня в наш сад. Была весна и вишни цвели. Весь сад окрасился в белый.
Мы вышли на тропинку и тогда она отпустила мою руку.
-Видишь, Амалия, как красиво. Мы с твоим отцом впервые встретились вот в таком же вишнёвом саду. Это был воистину прекрасный момент.
Голос матери был тихий и немного хриплый. Подул тёплый весенний ветерок и лепестки как крупные снежинки закружились в воздухе. Мама поёжилась и сильнее укуталась в халат. Похоже ей было холодно, хоть на улице было тепло. Внезапно она повернулась ко мне и присела на колени.
-Амалия, ты доказательство нашей с ним любви. Ты самое дорогое, что есть у нас. Ни деньги, ни роскошный дом, ни даже этот вишнёвый сад не дороже тебя-наше сокровище. Живи и неси эту любовь в себе.
Мама обняла меня, крепко прижимая к себе. Не смотря на то, что она не сказала ничего печального, я начала плакать. Мне стало так грустно и страшно, что я разразилась диким плачем и никак не могла остановиться. Мне было немного лет. По-моему семь или восемь, и я конечно же не осознавала, что это было её прощание, но каким-то образом чувствовала это. Чувствовала и не могла понять что это. Я понимала лишь, что это очень и очень печально.
Буквально через неделю мать умерла. Я не видела этого, и я не видела как увезли её тело. Всё это время я провела с Космосом. Когда мне сказали об этом, я даже не сразу осознала, что произошло, и что я больше никогда не увижу её вновь. Но даже потом слёз не было. Наверное я всё выплакала тогда в её объятиях. Отец тоже не плакал, и по-моему даже особо не расстроился. За это я на него была зла. Почти сразу после смерти матери он привёл в дом другую женщину. Она была стройная с выточенной фигуркой и симпотичной мордашкой. Взгляд её был холоден и высокомерен. Как мне казалось моя мама была намного красивее этой особы. Красота моей матери была выразительной и живой, а у этой какой-то холодной и ненастоящей.
Года три мы прожили более или менее спокойно. Я старалась не обращать внимания на отца и его новую жену, а они на меня. Всё время я проводила с Космосом. Он очень подрос и стал красивым мускулистым мустангом. Я занималась его тренировками вместе со специальным человеком. Отец продолжал не отказывать мне в моих прихотях. Мачехе это не нравилось. Видимо она боялась, что такими темпами отец ещё решит всё своё имущество завещать мне. Видимо поняв это, она всё же решилась расстаться со своей фигуркой и забеременнеть. как только это случилось она перестала просто меня игнорировать, а начала докучать мне. Дурацкие придирки по мелочам. Ничего существенного, но ужасно раздражает. Я не из тех кто сдерживается, и недвусмысленно высказывала своё недовольство. Мы рунались постоянно. Крики стояла ужасные. Я говорила много гадостей, а она ещё больше. Отец же всегда принимал сторону мачехи. Видимо он ссылался, на то что у меня скверные характер и я виновата во всём. К тому же она ведь женщина в положении. Когда родился ребёнок всё вроде улеглось. Она и он были заняты заботами с малышом, а я тихо радовалась, что меня не трогают. Пока маленькая Кристи (а мачеха таким слащавым слащавым голосочком называла её Крись) росла обо мне забыли. Я тренировала Космоса, а затем даже принимала участие в скачках. Мы с Космосом никогда не проигрывали. Он стал очень знаменитым скакуном. Многие хотели его у меня купить за несметные богатства, но я была непоколебима. Он был мой. Моей жизнью, мое отдушиной. Я продолжала жить в поместье с отцом мачехой и маленькой Крись. Она росла, начала ползать и что-то лопотать. Ей визги, писки и то как все носятся с нею меня ужасно раздраждали. Однажды она достала меня так, что я не удержалась и отшлёпала её. Сделал я это несильно, но попка её покраснела. Выглядело очень даже забавно. Вся в слезах она конечно же нажаловалась мамочке и папочке. Что тогда было. На меня кричали, так что я кажется насамом деле оглохла. Всё бы ничего, но отец имел неосторожность назвать меня такой же грязной дрянью как и моя мать. Я ничего ему не сказала, но слова эти глубоко засели у меня в голове и душе. Обида как червяк, только только вылупившийся из яйца, поселился у меня в душе. Я совсем перестала разговаривать с ними или как-то реагировать на них. Я просто обитала с ними в одном доме.
Когда мне исполнилось шестнадцать от меня решили избавиться и отдать замуж. Я естественно была против. В пылу ярого спора я сказала, что если они это сделаю, то я перережу глотку их драгоценной дочурке. Даже не знаю как во мне родились эти слова, но они родились, и я выпалила их прежде чем успела понять, что они означают. Эта звянящая тищина давила на виски. Я до сих пор помню это ужасное чувство, но рас уж так вышло я решила стоять на своём и нака не высказала своего смятение. а может даже и сожаления о сказанном. Они ничего не сказали и ничего не сделали. Это настараживало, но я постаралась больше не думать об этом. К счастью хотя бы речи о замужестве прекратились.
Но один случай решил всё. Он навсегда изменил всю мою жизнь. У нас опять разразился скандал. Я даже не помню из-за чего. Но людям, что ненавидят друг друга особо причин искать не надо. Они сами находятся, а остальное дело техники.
Отец начал мне угрожать, что бы я убиралась из их дома. Но я наотрез отказалась этого делать. Я сказала, что буду продолжать отравлять им жизнь. Тогда он схватил ружьё и направился к конюшням. Я помню, как семенила за ним я спрашивала, что она задумал. Но отец был нем к моим вопросам. Ворвавшись в конюшни он наставил дуло на Космоса.
-ЕСли ты сегодня же не уберёшься, ей богу я пристрелю его.-грозно сказал отец.
Его рука нисколько не дрожала, а голос был угрожающе твёрд и серьёзен. Мне было страшно, но я не собиралась сдаваться. Я просто не могла ему проиграть.
-Ты не посмеешь этого сделать! Нет! У тебя не хватит наглости. Ты же у нас аристократ, а не убийца. Тем более это породистый скакун.-как можно холоднее и вереннее сказала я.
-Ты уверена, что настолько хорошо знаешь меня?-ответил отец и щёлкнул предохранитель.
От этого звука у меня даже дыхание перехватило. Я стояла неподвижно, смотря в лицо отцу. Ни одна мышца не дрогнула на лице его. Только брови были угрожающе сведены вместе. Я не знала, что мне делать. Ещё чуть-чуть и я готова была сдаться, но в конюшню ворвались мачеха с дочкой. Рука отца дрогнула и он выстрелил. Дикое ржание перепуганных лошадей сотрясло конюшни. Глухим звуком только отдалось падение тяжёлого тела взрослого скакуна. Я плохо помню, как влетела в стоило с Космосом. Я только помню его дыхание и храплое ржание, а затем тишина. Не смотря на то, что другие лошади дико ржали для меня это была тишина. Не было его дыхания, его беения сердца, его ржания, а значит наступила тишина. Впервые за восемь лет я плакала настолько же отчаянно и громко, как в объятиях матери. Кто-то струдом оттащил меня от тела жеребца. Я пришла в себя только когда увидела лицо мачехи и отца. Дикая ярость и злость захлестнули меня.
-Не прощу...я никогда вас за это не прощу! Я ненавижу вас и ненавидеть буду до конца своей жизни! Чтоб вы сдохли!-выпалила я, почти не понимая, что говорю, и бросилась бежать куда глаза глядят. Я не хотела видеть никого. Мне нужно было только одиночество. Особняк этот находился далеко от города. С одной стороны дикий лес и горы. С другой стороны поля и дорога ведущая в город. Я решила забраться поглубже в лес. Если заблужусь и умру, плевать. Пусть так и будет. Я шла очень долго. До тех пор пока не начало темнеть. Добралась я до каменистых возвышенностей. Не собираясь останавливаться или поворачивать назад, я начала карабкаться вверх. Когда мне казалось, что сил уже почти нет и вот вот я сорвусь, я добралась до плоста. Впереди была тёмная пещера. Темнота меня сейчас не пугала, а наоборот манила. Хотелось окунаться в неё и забыться. На коленях я вползла в пещеру, рухнула и потеряла сознание. Дальше воспоминания мои очень обрывисты и смазаны. Сначала было очень холодно, а потом невыносимо жарко. Помню так же какую-то песню, разносившуюся во тьме. Вроде я куда-то шла, а может мне это только причудилось. Или я просто была в лехорадке.
Наутро, когда я открыла глаза, сначала подумала, что умерла. Я увидела ясное голубое небо, а на его фоне фигуру чёрного жеребца. Я моментально вскочила на ноги и подбежала к нему, обняв вокруг шеи. Но стоило мне это сделать как я поняла, что в нём что-то не то. Что-то чужое и отталкивающее. Я отпустила коня и нерешительно отступила назад. Глаза его были чернее самой черноты и не отражали ничего. Мне стало жутко.
-Боишься? Привыкай. Мы теперь всёвремя будем вместе.-раздался грохочущий голос прямо у меня в голове.
-Это...ты сказал? Ты...конь? Или что-то ещё...
-Что-то ещё. Не буду особо напрягать твой примитивный разум, и скажу так: я демон и зовут меня Мефистофель. Прошу любить и жаловать, хотя нет... Любить ты меня не будешь, но мне это и нужно. Я стану твоим вечным спутником, твоей вечной ношей, твоим проклятием. Будет весело. Наслаждайся.
Тогда я даже не знала, что сказказать и что думать вообще, но потом я прокляла этот день и этого демона. С тех пор моя жизнь насамом деле превратилась в ад.

0

4

Глава 2

Единственный плюс этого демона был в том, что в виде коня он был очень быстр, неутомим и ему не нужна была еда. Иногда я  расчёсывала ему хвост, гриву и мыла от пыли шерсть.Делала это я наверное по привычке и тоске по Космосу. Мефистофелю почему-то это нравилось. Наверное ему доставляло удовольствие тревожить мою рану. Понять его всегда было очень сложно. Он был демон и ход его мысли очень отличался от человеческой. Он то говорил неумолкая, то молчал и вёл себя как самый обыкновенный конь. Даже травку пощипывал.
Мы с ним путешествовали по всей стране. Он помогал мне добывать еду, разводить огонь, устраивать ночлег. Демон казалось знал всё. Меня это раздражало и в то же время внушало страх. Мысль, что он может легко манипулировать мною, беспокоила меня.
Однажды путешествую по степям, мы наткнулись на поселение кочевников. Они оказались приветливыми и дружелюбными, а може просто не могли поверить, что семнадцатилетняя девчёнка может им навредить.Они легко приняли меня ксебе, обеспечили вкусной едой и уютным ночлегом.
Был у них шаман. Очень старый человек. Лицо его было всё в татуировках, а на голове он носил что-то вроде шляпы, покрытой перьями. Со мной он почти не разговаривал, только иногда бросал в мою сторону многозначительные взгляды.
Этот народ очень любил делать украшения из перьев и костей животных. Девушки подарили мне серёжки из перьев и ожерелье из костей. Было очень приятно. Я потом для них смастерила несколько ожерелев их пойманных мною лично костей степных волков. Они были мне очень признательны. Все ко мне относились хорошо. Этот народ был может немного наивен, но очень добр и приветлив. Мне нравилось находиться здесь. Единственный кто относился ко мне с подозрением - это шаман. Он ненавязчиво следил за меной и на Мефистофелем, но никогда ничего не говорил. Его слово было очень важным для всего народа. Возможно он не хотел, что бы из-за него ко мне враждебно относились.
Через несколько недель, он позвал меня поговорить наедине. Я с удовольствием согласилась. Возможно он скажет мне что-нибудь об этом демоне. Мефистофель же в это время спокойно стоял на привязи с остальными лошадьми. Как ни странно, но другие лошади стояли на некотором расстоянии от него.
Отойдя подальше, шаман впервые заговорил со мной:
-Дитя моё, ты в огромной опасности. Душа твоя чиста, но зло, что привязалось к тебе хочет утащить твой свет во тьму. Будь тверда и не позволяй ему сделать это! Не расслабляйся и продолжай светить.
Я молча кивнула головой, и посмотрела вдаль на тёмную фигуру мускулистого жеребца.
-Но как мне узнать насколько сильно мрак окутал меня? Это же так незаметно...он подкрадывается молча и бесшумно. Как тогда...-неуверенно сказала я.
Эти вопросы сами по себе возникли у меня в голове. Я мало что понимала о свете и о тьме как таковых, но что-то внутри меня об этом прекрасно знало. Шаман покачал головой и повёл меня в своё желище. Внутри у него было много всяких трав, частей тела разных животных и прочего мне иногда даже непонятного.
-Обнажи своё плечо.-приказным тоном сказал он.
Я не сомневалась в нём и послушно сделала как шаман сказал. Он тем временем достал какую-то баночку и заострённую палочку. Нашёптывая какое-то заклинание, он окунул палочку в содержимое баночки чёрного цвета и начала водить по моему плечу. Было немного больно, но я терпела. Происходило это недолго. Когда он закончил, то показал мне , что нарисовал мне на плече небольшую змейку.
-Она будет расти соразмерно тьме, окутавшей твоё сердце. Не забывай следить за нею.-сказал шаман.
-Спасибо вам.-поблагодарила я.
Шаман улыбнулся. Это было необычно. Я никогда раньше не видела его улыбки.
-Помни, девочка, ты дитя любви и света. Неси же в себе этот свет.
Я невольно вздрогнула. Эти слова напомнили мне о маме. На глазах невольно проступили слёзы.
Мефистофель не разговаливал со мной, пока мы были в этом поселении. Такое случалось, но сейчас почему-то это беспокоило и пугало. Несколько раз я пыталась сама с ним заговорить, но он продолжал вести себя как обычное животное. Фыркал, бил копытом и жевал траву. Это ужасно раздражало. Он заговорил со мной только в тот роковой день.
-Чем ярче свет, тем гуще тьма. Предупреждён не значит вооружён. Не силён, а значит разоружён и обречён. Рождённые во тьме, в свету сгорят, а прах их вернётся в ад.
-Что это значит?-забывшись вслух спросила я, но Мефистофель лишь фыркнул и продолжил жевать траву.
В этот день на поселение напали разбойники. Храбрые мужчины спрятали женщин и детей, и отчаянно боролись против налётчиков. Но силы были неравны. Их было больше.
-Смотри какая мордашка! Совсем не такая как у всех этих. Не смуглая, с большими синими глазами. На арестократку больше похожа.-говорил один неотёсанный мужлан другому, смотря на меня.
Руки мои были туго связаны за спиной. Они уже онемели и я не чувствовала пальцев.
-Да, ты прав. Правда мелкая немного...хотя сиськи вроде есть, так что и так нормально.
Оба разбойника дико загоготали. Их смех был отвратителен. Так же отвратителен как и их небритые рожи. Меня всю сотрясало только от одной мысли, что они прикоснуться ко мне. Так же я ненавидела презирала их за, то что они посмели напасть на таких добрых и отзывчивых людей этого посёлка.
-Я буду первым.-заявил один.
-С чего это вдруг? Я первый её увидел. Если бы не я ты бы сейчас жахал какую-нибудь грязную мулатку!
-Иди к чёрту! Я тебе нечем не ...
Я перестала слышать о чём они говорят. Голос в моей голове заглушил всё.
-Как тебе перспективка, что первым твоим мужчиной станет один из них? Ты только посмотри какие красавцы. А какая речь! Просто загляденье.
-Что ты хочешь этим сказать, Мефистофель?
-Я не могу тебе помочь или спасти тебя. Ты можешь сделать это сама. Я просто дам тебе возможность сделать это. Видишь рядом с тобой ружьё? Эти олухи не беспокоятся об этом, потому что ты связана да и патронов там всего два. Я могу ослабить твои верёвки, ты хватаешь ружьё, и там уж не промаж.
-Ты предлагаешь мне...убить их?
-Нет, блин, в шарады поиграть! Кто первый без слов угадает, что у тебя в руках получит приз - пулю в лоб! Конечно убить. А ты что хотела? Развязаться, присесть и поговорить с ними о том, как нужно правильно жить? Не смеши. Лучше поторопись и действуй.
Голос в голове затих, и я вновь услышала шумную ругань мужиков. Верёвки заметно ослабли и сползли с моих рук. Я покосилась на ружьё, а потом на мужиков. Они уже начинали успокаиваться. Им начинало надоедать тратить время на пустые разговоры. Дело куда интереснее. Всё моё нутро вновь содрогнулось, от мысли как они по очереди буду ко мне лезть. Одним резким движением я схватила ружьё и направила на них. Руки мои тряслись. Я стреляла из него только по банкам, когда мы с ребятами не знали чем ещё заняться. У меня получалось неплохо и я редко мазала, но сейчас передо мной были не банки, а люди. Да они были мерзкие и они убили многих моих друзей, но всё же.
-Не парься. Она этого не сделает.-сказал один спокойно и начал ко мне подходить.
-Не подходи!-выкрикнула я, но тот даже не обратил внимания.
Палец мой на курке задрожал в напряжении, но я ещё не решалась выстрелить. Неожиданно я почувствовала чьи-то объятия.
-Не бойся. Это очень просто.-прошептал знакомый голос мне прямо в ухо.
Рука скользнула к моей и надавила на мой палец. Мужик рухнул на землю. Это случилось так быстро, что я даже не сразу поняла, что попала в него. В это время раздался ещё один выстрел, и ещё один упал.
-Вот видишь. Это просто. А ты боялась.
Резким движением я подалась вперёд и обернулась, продолжая держать наготове ружьё. Передо мной стоял высокого роста мужчина в чёрном плаще и шляпе. Из под шляпы во все стороны торчали немнгого вьющиеся волосы. Глаза горели яркими жёлтыми огнями, зрачки были чёрные вертикальные полоски, рот растянут в широченной улыбке, наполненньй острыми, как у дикого животного клыками.
-Мефистофель?-сдавленным голосом спросила я.
-Он самый. Просто немного в другом гриме. Сейчас на выстрел сбегуться другие. Вот тебе ещё патроны.
И демон протянул руку, наполненную патронами.
-Если хочешь жить, умей стрелять.
-Я не хочу этого!-выкрикнула я.
-Дааа? Жить-то ты хочешь, а значит стрелять будешь. Ты вон уже тычешь ружьём во всё, что не нравится.
Только сейчас я заметила, что продолжаю сжимать ружьё, и навожу его на Мефистофеля. Я вскрикнула и моментально отбросила его в сторону.
-Ну что за непослушная девчёнка. Ты уже и так убила двоих, так что твои руки в крови и безгрешности в тебе больше нет. Не парься ты так, а просто иди и стреляй.
Свет внутри всёравно, что пламя свечи. Чтобы гореть, ему нужен воск. У меня этого воска на тот момент не хватило. Я сдалась. Я приняла патроны, и убивала одного за другим бандита, пытавшегося войти. Даже потом когда я вышла, ни одна из их пуль даже не задела меня. Зато мои разили всех очень метко. Это всё были его происки, я знала, но ничего не могла с этим поделать. Когда всё закончилось, я освободила оставшихся в живых и покинула этих людей навсегда. Тогда я поняла, что с кем бы я ни находилась, я принесу им страдания и смерть. Я решила никогда больше ни с кем не сближаться. Это было опрометчиво с моей стороны, ведь человек - существо социальное, и он не может без других людей, а одиночество для него подобно смерти.

0

5

Глава 3

Мефистофель был очень хитрым и проницательным демоном. Кактолько я решила отрешиться от дугих людей, он замолчал. Из него было невозможно вытянуть ни единого слова. Я много раз пыталась сама заговорить с ним, но лишь убеждалась, что это бесполезно. Одиночество сводило меня с ума, но я продолжала избегать людей.
Когда сил не оставалось, и хотелось посетить ближайший город и хотя бы просто услышать человеческую речь, я смотрела на своё плечё и на заметно увеличившуюся змею. После многочисленных убийств, совершённых мною, змея стала более толстой и длинной с отчётливо прорисованной чешуёй. Меня это беспокоило и я терпела.
Но к сожалению меня хватило на год. Я больше не могла слушать тишину или крики зверей. Мне нужна была речь. Я выбрала небольшой городок, находившийся сравнительно далеко от других более развитых и многолюдных. Я зашла в первый же попавшийся кабак, села за самый дальний столик в углу и стала слушать. Это были просто гомон пьяных мужиков и визги женщин лёгкого поведения, но для меня эти звуки были словно музыка. Но вдруг всё внезапно стихло. Все взоры упали на только что вошедшего. Это был высокий мужчина на вид лет тридцати (хотя возраст его сложно было определить из-за густой щетины и нескольких достаточно глубоких шрамов почти через всё лицо. Взгляд его был суров и холоден. Никто не решался долго смотреть ему в лицо. Он ухмыльнулся, наслаждаясь страхом окружающих, присвистнул и прошёл в глубь заведения. За ним вошло ещё человек пять примерно такой же комплекции и вида. Похоже он был главарь какой-то очень известной и влиятельной шайки. Меня это мало волновало, но я глаз с него не сводила. Он и его шайка заняли несколько столов и к ним моменталоно бодбежала полная женщина в фартуке. Похоже она была хозяйкой этого заведения. Они сделали ей заказ и женщина моментально скрылась. Похоже бандиты были в хорошем расположении духа. Они начали шумно беседовать и громко смеяться. Все окружающие тоже смягчились и в кабаке возобновился шум.
К таким ярким личностям сложно не проявит интерес, и я невольно начала вслушиваться в их разговор.
-Да, прошло уже больше года, но это ничего не значит! Она перестреляла банду полевых разбойников, так что постоять за себя может и в другой раз. Я уверен, что она ещё жива и где-то скрывается. -отчётливо слышен был громкий и звонкий голос одного из компании.
-Ты всё ещё грезишь этим вознагрождением? Да, сумма внушительная, но они же арестократы! С чего им иметь дело с таким как ты?-возразил другой более тихий голос.
-Вот именно, что для них это дело чести, так что они не обманут.
-Не будь наивен. Гниды и в арестократии случаются.-вмешался низкий, резко отличающийся голос в разговор.
Настала тишина. Это говорил тот человек со шрамами на лице. Тот что спорил немного поёжился, видимо в неуверенности продолжать спорить или согласиться, но в итоге просто промолчал и сделал глоток из своей огромной кружки.
Говорили они явно про меня. Это было очевидно, как божий день. Я знала, что отец будет меня искать, поэтому старалась не привлекать к себе внимания. Носила длинный плащ и шляпу.
-Хотя конечно такие лёгкие деньги соблазн для всякого.-неожиданно поменял свою точку зрения человек со шрамами.
Другой моментально преободрился.
-Вот и я так думаю! Я не буду выкидывать листовку. Вдруг да попадётся.
-Эй, ты будешь что-нибудь заказывать?-раздался голос прямо передо мной.
Я подняла голову, слегка приотодвинув шляпу. Передо мной стояла та самая полная женщина, что обслуживала шайку бандитов. Лицо её было явно недовольным.
-Да, пожалуй....кружку пива.
Женщина хмыкнула и ушла. Я почему-то начала нервничать. Что-то меня напрягало, но я не могла понять что. Рука сама собой скользнула под подол плаща, и я легонько коснулась гладкой рукояти ружья, висевшего на моём поясе. Мефистофель больше не давал мне патронов и их добывать приходилось самой.  Это было ужасно тяжело, поэтому я их очень экономила. Сейчас было четыре.
-Без этих полевых крыс стало намного легче. Теперь никто не мешается аод ногами. Я даже благодарен этой девчёнке. Хотя до сих пор не верится как ей удалось с нми расправиться.-начал говорить ещё один голос, до этого молчавший.
-Да, это и в самом деле непонятно. Говорят, что ей сам дьявол помогает.
-Не неси чушь! Просто эти идиоты наверняка неуследили за своим оружием за, что и поплатились. Они всегда были идиотами.
Раздался громкий хохот, а мне принесли пива. Я жадно начала его пить. осушив бокал где-то до половины, меня вдруг осенила одна мысль. Я начала рыться по своим карманам, но нашла там только несколько монет, которых явно было недостаточно, чтобы расплатиться. Проклиная себя за тупость, я начала судорожно думать как бы смыться незаметно. Хозяйка отошла к барной стойке и что-то говорила бармену. Похоже она его ругала за какую-то оплошность. Это был мой шанс. Нужно было сваливать, пока меня не заметили. Я резко встала и почувствовала, что у меня кружится голова и всё перед глазами плывёт. Это хмель ударил в голову. Сегодня я почти ничего не ела и желудок мой был абсолютно пуст. Я попыталась собраться и решительными шагами направилась к выходу, но когда оставалось совсем чуть-чуть меня повело в сторону и я врезалась в чей-то столик. Он сотрясся и раздался звон опрокинувшихся бокалов. Сердитый клиент завопил от ярости и схватил меня за ворот.
-Смотри куда прёшь, олух! Ты мне за это заплатишь!-прокричал тот и с силой швыпанул в сторону. Я больно ударилась затылком обо что-то и растянулась на полу. Перед глазами на мгновение всё потемнело, но когда зрение вернулась ко мне я поняла, что все пялятся на меня. Я мгновенно вскочила на ноги. Голова от этого закружилась сильнее, а затылок запульсировал. Я чуть вновь не упала, но удержалась о край стола.
-Так это же девчёнка!-откуда-то из толпы раздался крик.
-Собиралась уйти не заплатив, паршивка!-теперь уже раздался вополь хозяйки.
Хуже не придумаешь. Мне нужно было как-то уйти отсюда. Я достала ружьё и направила её в толпу, пялившихся на меня людей. Толпа отреагировала мгновенно и тем же. Все подостовали свои ружья. И вот на меня смотрела куча дул. Зрелище не из приятных.
-Успокойтесь. Вам, любезная дама, я заплачу. И тебе тоже.-вмешался человек со шрамами.
Все мгновенно отреагировали на его слова и убрали ружья. Один из его людей встал, расплатился сначала с хозяйкой, а потом с тем, кому я разбила бокал. Проходя мимо меня, он довольно ухмыльнулся но ничего не сказал. Они мне помогли, но я была этому совсем не рада. Они узнали меня, и теперь я была в ещё большем дерьме чем до того.
Шайка поднялась и направилась ко мне. Я не убирая ружья, спиной начала пятиться назад. Выйдя на улицу, я остановилась.
-Я вас ни о чём не просила! -грозно сказала я.
-Мы ей помогли, а она ещё и огрызается. И чему тебя только родители учили?-с насмешкой сказал громкоголосый.
-Да. Очень плохо, юная леди.-спокойно сказал человек со шрамами.
Повисла тишина. Я молчала и они молчали. Стоять так меня напрягало и когда это напряжение достигло своего максимума, я рванулась бежать. Это было глупо опрометчиво и никак не освещено здравым смыслом, но это было мое единственное делание и я поддалась ему. За спиной я мгновенно услышала быстрые шаги. В пол оборота не останавливаясь, я попыталась прицелится в преследовавшего меня. Это было почти невозможно, но я была намерена не промахнуться. Возможно у меня бы и вышло, но что-то ударило меня в живот и я с хрипом рухнула на землю. Все внутри больно сжалось и я свернулась в позу зародыша в то время как надо мной раздавался хриплый смех.
-Ну? И что будем с нею делать?-спросил хриплый голос.
-Возьмем её с собой, а там посмотрим.-ответил похоже главарь.
Чья-то сильная рука с легкостью меня подхватила и вот я уже беспомощно болталась на чьем-то плече.
Долбаный Мефистофель! И где его только носит, когда он так нужен?-думала я про себя.
Ой ой ой а ты и впрямь хотела чтобы я тебе помог? Ты такая непостоянная. Определись уже что тебе от меня нужно.-раздался насмешливый голос у меня в голове.
Ты ублюдок!
А это прозвучало уже обидно. Все! Помогать тебе не буду. Всеравно они тебя не убьют. Сама вляпалась сама и разбирайся.
Голос смолк и больше не отвечал мне. Это было вроде хорошо, хотя и немного тревожно. Что теперь со мной будет? И куда меня тащат? Мне было страшно.

0


Вы здесь » Anime Project » Готовые текста » Диалектика неделимого.